Начинается роман с похорон Марии Николаевны Живаго (примечательна сама фамилия. Бросается в глаза оксюморон - «Кого хоронят?» - «Живаго» и многозначность данного слова, которым, по словам Пастернака, до революции назывались мануфактуры, пирог, банк а также междометие: «и одно время в Москве можно было крикнуть извозчику "к Живаго!", совершенно как "к черту на кулички!"»). Мы знакомимся с сыном Марии Николаевны, Юрою, «отец которого давно бросил их и развеял по ветру их миллионное состояние». Юра живет со своим дядей, Николаем Николаевичем Веденяпиным, монахом, расстриженным по собственному желанию. Летом 1903 года дядя с племянником отправились в Дуплянку, чтобы отвезти местному педагогу и популяризатору знаний Воскобойникову корректуру его книжки по земельному вопросу, которую из-за усилившейся цензуры издательство просило пересмотреть. Отец Николай был человек, прошедший толстовство и революцию и шедший все время дальше. Юра любил его за то, что он был похож на мать, был лишен предубеждения против непривычного. Н.Н. имеет свой собственный взгляд на историю: «А что такое история? Это установление вековых работ по последовательной разгадке смерти и ее будущему преодолению. Для этого открывают математическую бесконечность и электромагнитные волны, для этого пишут симфонии. Двигаться вперед в этом направлении нельзя без некоторого подъема. Для этих открытий требуется духовное оборудование. Данные для него содержатся в Евангелии. Века и поколенья только после Христа вздохнули свободно. Человек умирает не на улице под забором, а у себя в истории, в разгаре работ, посвященных преодолению смерти, умирает, сам посвященный этой теме (любовь к ближнему, идея свободной личности, идея жизни как жертвы.)»).
